08 октября 2008 14:12

Непрямой путь к прямым договорам

«Под угрозой надежность электроснабжения и энергетическая безопасность страны», – отмечают в обращении к премьер-министру президент Энергетической ассоциации Украины Василий Котко (ранее – член НКРЭ), генеральный директор Федерации работодателей Украины Владимир Грищенко, президент ассоциации «УкрТЭЦ» Юрий Улитич (в прошлом – заместитель министра топлива и энергетики) и глава Независимого профсоюза энергетиков Украины Валерий Погорелый. «Главные причины нависшего над Украиной энергетического кризиса – изношенность электрических сетей более чем на 70 %, а оборудования генерирующих компаний – до 90 %, их ненадежная энергозатратная работа, мизерные и несистемные инвестиции в отрасль, невыполнение государством взятых на себя обязательств, в том числе по соблюдению действующего законодательства, – говорит Василий Котко. – Поэтому дефицита электроэнергии долго ждать не придется». По его словам, в соответствии с Энергетической стратегией Украины до 2030 г. необходимый ежегодный объем инвестиций в энергетику оценивается в 10 млрд. грн. в ценах 2005 г. (документ утвержден в марте 2006 г.) и 14 млрд. грн. – в нынешних. Такого финансирования энергетика не получает. «Это самая важная проблема сектора», – считает и председатель НКРЭ Валерий Кальченко.

Подавляющее большинство вложений в энергетику так или иначе связано с государством. Новые мощности, особенно крупные, появляются крайне редко. За последние годы это только два новых блока на Хмельницкой и Ривненской АЭС.

При этом тарифы на электроэнергию постоянно растут. Для населения они удерживаются искусственно, и нарушить эту традицию не рискует ни одно правительство. Но для энергетиков это не накладно, так как за заниженные тарифы для населения и некоторых других льготников, например для городского электротранспорта, доплачивают остальные. «На сегодня тарифы в Украине точно такие же, как в Европе, где и цена газа выше, и зарплаты больше, – говорит первый заместитель министра топлива и энергетики Олег Бугаев. – Но при этом генерирующие мощности в Украине не строятся. То есть надо говорить не о повышении тарифов как таковом, а об установлении справедливых расценок».

В то же время тарифы для энергетических компаний устанавливаются по затратному принципу: чем больше расходы, тем выше тарифы. Конкуренция в энергетике существует только между генкомпаниями, созданными на базе тепловых электростанций, да и то не всегда. Например, накануне и прошлого отопительного сезона, и нынешнего в работу, чтобы накопить уголь на зиму, включались газомазутные блоки, а электроэнергия, произведенная на газе, дороже, чем на угле. В условиях по-настоящему конкурентного рынка такое просто невозможно. АЭС и ГЭС работают по утвержденному НКРЭ тарифу и вообще ни с кем не конкурируют. И ТЭС, и АЭС, и ГЭС, и крупные ТЭЦ продают электроэнергию госпредприятию «Энергорынок». Там ее цена усредняется, и уже по этой цене ее покупают поставщики для продажи конечным потребителям.

Если говорить о поставке электроэнергии, то доля на этом рынке независимых поставщиков, конкурирующих с облэнерго, сейчас составляет около 13 %. В 2007 г. – 10,56 %.

Почти все потребители рассчитываются за электричество полностью, т. е. проблемы недоплат не существует. То есть энергокомпании живут, в принципе, неплохо. Независимо от уровня цен, вся произведенная электроэнергия востребована и оплачивается, причем в тарифах обязательно предусматривается прибыль. Однако требовать хорошего качества электроснабжения рядовой потребитель не может.

Вот и получается, что система, в которой работает энергетика, уже исчерпала себя. При такой организации потребителей ожидают только рост тарифов и безальтернативность. Плюс, учитывая износ электрооборудования, перебои с энергоснабжением.

Еще вчера

Осенью 2002 г. правительство утвердило Концепцию реформирования и развития оптового рынка электроэнергии, предусматривающую постепенный переход от существующего рынка к полномасштабному конкурентному – двусторонним договорам и балансирующему рынку. Единого продавца-покупателя не будет, поэтому усредненной цены тоже. По мнению специалистов, этот рынок лучше решит такие задачи, как стимулирование инвестиций, поскольку в цене электроэнергии будут отражены реальные затраты энергокомпаний. Повысится эффективность их работы, появится конкуренция. Будет легче добиться выхода на европейские рынки, большинство из которых уже именно такие. А Украина неоднократно заявляла о намерении интегрироваться в европейское энергообъединение UCTE.

Если бы эта концепция была выполнена, то уже сегодня украинский рынок электроэнергии работал на основе прямых договоров. Но работа затянулась. Более того, принимались решения, противоречащие концепции. В частности, в 2004 г. была создана НАК «Энергетическая компания Украины», консолидировавшая всю оставшуюся в энергетике госсобственность, и административное влияние на рынок электроэнергии только усилилось. А в 2005 г. правительство одобрило переход к единым по стране тарифам на электроэнергию. До этого уровень тарифа в регионе зависел от структуры потребления и затрат облэнерго. Уменьшать их никто и не собирался. И чтобы тарифы по всей стране стали одинаковыми, потребители одних регионов доплачивают за потребителей других.

Реально реформы начались в прошлом году – после того как Всемирный банк в рамках проекта финансирования второго этапа реабилитации гидроэлектростанций Украины предоставил НКРЭ $ 3 млн. на разработку проекта реформы и консультативную помощь по ее внедрению. На тендере был определен консультант проекта – консорциум компаний КЕМА (Нидерланды – Германия) – ЕСА (Великобритания). Осенью 2007 г. правительство утвердило план реализации концепции, предусматривающий, что уже в 2009 г. должен начаться переход к двусторонним договорам. 29 сентября этого года состоялась научно-практическая конференция, посвященная реформированию энергорынка.

Еще не завтра?

Общее впечатление – дело действительно сдвинулось с мертвой точки. Есть представление о структуре и принципах работы этого рынка, его потенциальные участники и службы понимают, что им придется делать, продумываются механизмы решения очевидных уже сегодня проблем. Отметим, что технически структура энергетики не изменится, речь идет об организационно-экономических изменениях. Но участвовать в рынке и управлять его работой будет гораздо сложнее. Двусторонние долгосрочные контракты между производителями и поставщиками потребуют от тех и других и точности в прогнозах, и готовности выполнить взятые на себя обязательства. А для этого нужны исправное оборудование, топливо, готовность ввести резервные мощности, тем более что за дисбаланс участникам рынка придется платить. По словам Валерия Кальченко, 5 %-ное отклонение от графика эквивалентно 1000 МВт – мощности одного блока АЭС. Особо сложен этот момент для атомных станций, поскольку они не могут быстро выключаться и включаться в работу.

Но полностью избежать дисбаланса, особенно при заключении долгосрочных договоров, невозможно. Чтобы уменьшить риски закупки электроэнергии на балансирующем рынке, решено создать биржу, на которой будут заключаться договора «в последнюю минуту», т. е. на сутки вперед. Предназначение балансирующего рынка – свести к нулю дисбаланс в реальном времени. Как отмечает господин Кальченко, на этом рынке должно продаваться не более 2‑3 % электроэнергии.

По словам генерального директора «Центрэнерго» Сергея Попова, участие генкомпаний во всех этих рынках увеличивает как их коммерческие возможности, так и риски. Ответственность за дисбаланс требует создания системы управления рисками и четкой координации коммерческих, экономических и технических направлений работы. А наличие нескольких рынков со сложными правилами вынуждает создавать эффективную систему управления контрактами и подачей ценовых предложений.

Но нужны и изменения, не зависящие от генкомпаний. В частности, это организация конкурентного рынка топлива, в первую очередь угля. «Сегодня себестоимость электроэнергии ТЭС на 60 % сформирована стоимостью угля, поставляемого госпредприятием «Уголь Украины», – говорит Сергей Попов. Еще одно обстоятельство – генерирующие компании, если ничего не изменится, вступят в рынок с разной структурой собственности. Ведь четыре из пяти тепловых генкомпаний по-прежнему государственные.

Очевидно, усложнится и диспетчерское управление энергосистемой. «Наш энергорынок требует серьезной реорганизации. Мы сегодня продаем только киловатт-часы, у нас нет рынка мощности, и это тормозит взаимоотношения с другими странами, в которых такой рынок есть. Не следует забывать также о надежности Объединенной энергосистемы Украины (ОЭС), – считает заместитель министра топлива и энергетики Владимир Лучников, много лет возглавлявший НЭК «Укрэнерго», осуществляющей диспетчерское управление ОЭС. – Новый рынок должен обеспечить эту надежность, а не изменить только алгоритм распределения средств между его участниками. Правила работы на рынке должны быть такими, чтобы сетевой оператор имел возможность регулировать работу ОЭС, обеспечив ее надежность». Владимир Лучников подчеркивает необходимость разработки Кодекса электрических сетей – свода правил, регламентирующих функциональные требования ко всем участникам рынка.

Еще один серьезный вопрос – ощутимая разница в ценах, по которым производители продают в рынок свою электроэнергию. Например, в течение 20 дней сентября АЭС продавали ее по 14,3 коп. за 1 кВт-ч, тепловые генкомпании – по 32,9, ГЭС – по 14,5, ТЭЦ – по 44,4, ВЭС – по 29,8 коп. Специалисты считают, что есть механизмы, позволяющие не допустить получения сверхприбылей производителем дешевой электроэнергии. Например, ему может быть откорректирован платеж. Можно также применять ограничения в покупке дешевой электроэнергии. Глава НКРЭ не считает, что это станет главной проблемой реформированного рынка. Нужные механизмы и формулы обязательно найдутся. Кстати, еще не ясно, в какой мере будут участвовать в рынке двусторонних договоров ГЭС, поскольку их мощность очень важна для регулирования нагрузок в энергосистеме.

Специалисты считают, что такая сложная организация рынка принесет пользу потребителю. «Трудно рассчитывать на снижение цен на электроэнергию в условиях постоянно дорожающего органического топлива, – говорит Валерий Кальченко. – Однако конкурентный рынок электроэнергии должен существенно замедлить темпы повышения тарифов».

Итак, переход к новому рынку должен начаться в следующем году. Но дело может затормозиться из-за нерешенности сопутствующих проблем. Таких, как завершение приватизации генкомпаний и облэнерго, отмена единых тарифов и хотя бы начало повышения тарифов для населения, чтобы снизить нагрузку на остальных потребителей. И, наконец, парламент должен утвердить принципы работы нового энергорынка, ведь нынешний действует на основании закона. То есть нужны и политические решения. Шансов, что наши политики их примут, особенно в предвыборный год, мало.

Источник: "Чистая Прибыль"

Все статьи »