10 октября 2008 13:04

Это всего лишь банкротство

Как подвести фундамент под финансовую систему

В пьесе Уильяма Сарояна (William Saroyan) 'Время твоей жизни', написанной во времена Великой депрессии, есть один персонаж, немногословный человек по прозвищу Араб, и он все время повторяет одни и те же слова, ставшие самой известной цитатой из этой пьесы: 'Никакого фундамента. Нигде. Ни на грош'.

На этой неделе мировая экономика впала приблизительно в такое состояние. Никакого фундамента, никакой ликвидности, никаких 'тихих гаваней', никаких выходов... нигде, ни на грош. В этом-то и есть корень всех бед: финансисты чувствуют, что у них под ногами не твердая почва, а зыбучие пески. Они не доверяют друг другу и только копят наличные, как будто от этого зависит их жизнь, как будто это поможет им пережить период паники.

Проблема заключается в том, что общий вектор, складывающийся из множества принимаемых в частном порядке разумных решений (и нацеленных на защиту частных интересов), привел прямиком к той катастрофе, которую мы и наблюдаем. Вот поэтому достойный ответ, или, если хотите, фундамент, коренится исключительно в институтах общественных.

 Если бы мировая экономическая система работала как единая компания, она бы, наверно, объявила о банкротстве. Звучит жутковато, но меня лично эта аналогия даже успокаивает. Ведь банкротство не означает, что кончились идеи, или что не стало хороших людей, или что прекратится производство товара. Банкротство означает лишь то, что кончились деньги, а значит, надо попросить помощи у правительства, получить ее и продолжать работать. Банкротство, при условии грамотного менеджмента, на самом деле представляет собой процесс возвращения к нормальной работе.

Компания ищет защиты от кредиторов в суде по делам о несостоятельности, который назначает доверительного собственника, а ему вменяется в обязанности обеспечение корректного обслуживания долгов и прочих пассивов компании-банкрота. Рассмотрение многочисленных претензий может занять долгие годы, кредиторы зачастую недополучают деньги, однако в целом процесс этот надежен, а некоторые компании после процедуры банкротства чувствуют себя лучше, чем до; кроме того, нередко бывает так, что часть активов компании-банкрота покупают другие компании, способные лучше ими распорядиться.

Для финансовой системы США эквивалентом суда по делам о несостоятельности фактически станет чрезвычайный комитет, возглавляемый Федеральным резервом и министерством финансов. Пока что действия по спасению ограничились вливаниями ликвидности, что не оказало почти никакого действия, так как перепуганные банки не желают выдавать кредиты никому. Таким образом, чрезвычайному комитету следует предпринять более основательные шаги, то есть контролировать процесс отдачи долгов в условиях полного отсутствия доверия - как и бывает при разборе дел об обычном банкротстве.

Как и подобает доверительным собственникам, глава Федерального резерва Бен Бернанке (Ben Bernanke) и министр финансов Генри Полсон (Henry Paulson) должны сосредоточиться на обеспечении бесперебойного функционирования системы в условиях отсутствия защиты со стороны правительства. Дело не в том, что в системе не осталось денег: в фондах валютных рынков, казначейских векселях и прочих 'безопасных инвестиционных решениях' скрываются триллионы долларов, так что задача 'спасателей' - заставить эти средства работать.

Для мировой экономики аналогия также справедлива. В данном случае в роли доверительных собственников должны выступить министры финансов и главы центральных банков, которые в предстоящие выходные как раз должны собраться в Вашингтоне для проведения ежегодной встречи. Будем надеяться, что они понимают: теперь им надо держаться друг за дружку, ибо в противном случае им уже можно вообще ни за что не держаться.

К сожалению, Международный валютный фонд - институт, призванный защищать мировую систему, - оказался абсолютно бессилен перед лицом кризиса, хотя и успел выпустить несколько предупреждений о возможности возникновения нестабильности. Настало время избавиться от этого никому не нужного учреждения и создать новое, которое и поможет нам разобраться с мировыми проблемами.

То, что нам сейчас больше всего нужно, - это глобальная чистка, и провести ее должен консорциум крупнейших общественных и частных финансовых институтов и центральных банков; это обеспечит гарантии завершения сделок и покрытия убытков на период выхода системы из состояния банкротства. Дэвид Смик (David Smick), автор прекрасной книги 'Земля кривая' (в ней, кстати, он предсказал катастрофу с точностью ясновидящего), предлагает следующий сценарий: шестьдесят процентов стоимости глобальной спасательной операции берут на себя частные финансовые институты, сорок - центральные банки. Все институты, находящиеся в частных руках, должны честно делиться всей информацией (в том числе и о токсичной бумаге, на которой они печатают свои материалы).

Главное сейчас - объединиться, чтобы дать решительный ответ кризису и заложить фундамент под торговую и кредитную деятельность.

'Происходит переоценка ценности всех активов мира', - пишет Смик. 'Решение проблемы должно быть глобальным'.

Постигшая нас глобальная катастрофа все более и более напоминает банкротство, однако можно утешиться тем фактом, что банкротство - повседневная реальность нашей жизни и при грамотном менеджменте является не столько смертным приговором, сколько передачей дел в другие руки. Мы умеем это делать: умеем пользоваться услугами доверительных собственников и спасать частные компании и сотрудников, когда обваливаются рынки.

Дэвид Игнатиус - соведущий интернет-форума международной тематики PostGlobal

Источник: "The Washington Post", (США)

Все статьи »